Банкротство - не самоцель, а метод выживания

23 Май 2016

Комментарии

Off
 Май 23, 2016
 Off
Категория Cтатьи

Закон об экономической несостоятельности и банкротстве принят в нашей стране около 10 лет назад, однако первые банкроты в Беларуси объявились лишь с февраля прошлого года, когда вступил в силу новый закон, четко «расписывающий» процедуру и более полно отвечающий реалиям дня. За последние полтора года в Брестской области процедура банкротства была начата в отношении свыше 80 предприятий. Львиная их доля принадлежат к частному сектору экономики: лишь около десятка объявленных банкротами предприятий — государственные или имеют в своем уставном капитале  его долю.
На самом же деле «претендентов» неизмеримо больше. Причем настолько, что назрела необходимость для контроля за этим процессом создать специальные структуры. В августе этого года во всех облисполкомах Беларуси были созданы отделы по санации и банкротству. В Бресте его возглавил пинчанин Михаил Серков. Недавняя встреча сотрудников отдела с управляющими по делам о банкротстве (на сегодня в области только семь человек имеют лицензию, дающую право на этот вид деятельности, еще один должен получить документ со дня на день) и представителем областного хозяйственного суда еще раз показала, как много в этом деле трудностей и проблем.
Одной из основных главный специалист отдела санации и банкротства Николай Гречаник считает незнание закона большинством руководителей всех уровней, а также панический страх перед самим словом «банкротство». Более чем вековой опыт промышленно развитых стран свидетельствует, что зачастую только своевременно начатая процедура банкротства может вывести предприятие из глубокого финансового кризиса. В финансовой яме, к сожалению, нынче находится свыше половины белорусских предприятий, но признавать это как-то не принято. Между тем, существует статья 15 Закона о банкротстве, в которой говорится, что учредители предприятия, собственники его имущества, будь то индивидуальные предприниматели ли государственные и исполнительные органы, в пределах своей компетенции обязаны принимать своевременные меры по предотвращению банкротства. Или же, если ситуация совсем аховая, сами должны инициировать процедуру, дабы не попасть под так называемую субсидиарную ответственность. Увы, ничего из этого до сих пор почти не делалось.
Теперь ситуация должна измениться. Как сообщил Николай Гречаник, согласно рекомендациям Высшего хозяйственного суда Беларуси, в области начинается активная работа в этом направлении. Во все горрайисполкомы и отраслевые органы уже направлены письма за подписью губернатора области, в которых настоятельно предлагается в сжатые сроки подготовить комплекс мероприятий по предотвращению банкротства и восстановлению платежеспособности государственных и градообразующих предприятий. На местах должны детально проанализировать экономическое и финансовое состояние своих предприятий. Те, чье положение абсолютно безнадежно, следует честно включать в списки на ликвидацию и реструктуризацию. Если какое-то производство еще имеет шансы выкарабкаться, необходимо разработать комплекс мер по досудебному восстановлению его платежеспособности. Причем меры могут быть самые разнообразные, вплоть до продажи части имущества предприятия. Если же и это за отведенный период не даст ожидаемого эффекта, нужно воспользоваться льготой, которая предоставляется Законом о банкротстве. А именно: на тех предприятиях, в отношении которых хозяйственным судом выносится определение о банкротстве, на стадии комплексного производства приостанавливается начисление пени, штрафов и других основных экономических санкций. Таким образом, предприятие начинает работать «с чистого листа». Иногда этого оказывается достаточно, чтобы стать на ноги.
Списки предприятий, подлежащих ликвидации и досудебному «оздоровлению», должны быть поданы в облисполком до 15 ноября. К 1 января ожидается полностью сформированный перечень перечень предприятий, в отношении которых предполагается начать процедуру банкротства. Тем не менее, подчеркнул Гречаник, задача не в том, чтобы как можно больше предприятий включить в список на банкротство, а в том, чтобы как можно большее их число сохранить, если это еще возможно.
Это не значит, правда, что надо «цепляться» за предприятие любой ценой, когда в этом нет никакой экономической целесообразности. Дурной пример в этом отношении — Высоковский консервный завод объединения «Брестплодоовощпром». Кризисное положение сложилось там достаточно давно, и комитет «Брестоблимущество» несколько раз направлял руководителю объединения письма с предложением начать в Высоком процедуру банкротства. Когда же тамошнее руководство «созрело», что-либо исправить стало практически невозможно.
Впрочем, успех дела зависит не только от своевременности начала работы, но и от квалификации специалистов предприятия. Одному из обладателей лицензии кризисного управляющего, брестскому юристу Галине Дребезовой, по ее собственному признанию, здорово повезло с бухгалтером Березовского КСМ. В отношении комбината Хозяйственным судом области было вынесено определение о банкротстве. Почти идеальное ведение документации на предприятии позволило управляющему детально разобраться в причинах убыточности предприятия и найти возможность вывести его из кризиса. В последние месяцы перед тем, как быть объявленным банкротом, Березовский КСМ работал с «минусовой» рентабельностью 45%. Теперь ее удалось поднять до 5% «плюса». К сожалению, это едва ли не единственный пока пример в области в отношении обанкротившегося предприятия. Чаще управляющие сталкиваются с совершенно другой ситуацией. Евгений Горбачев, помощник управляющего и соискатель соответствующей лицензии, привел пример по тому самому Высоковскому консервному заводу, где последние полтора года вообще не велась главная бухгалтерская книга, тем не менее бухгалтер каким-то образом сводила баланс и сдавала отчеты. Теперь что-либо понять в финансах предприятия невозможно. По мнению управляющих, государство должно взять на себя реальный контроль за ведением бухгалтерии на государственных предприятиях.
Другой большой проблемой управляющие считают не очень серьезное отношение правоохранительных органов к их просьбам о розыске имущества. Ситуации бывают почти анекдотические. Галина Дребезова привела такой пример. Она ведет дело о банкротстве небольшой коммерческой фирмы, которая имеет определенное имущество, позволившее бы рассчитаться с кредиторами. В частности, за фирмой числится автомобиль, зарегистрированный в органах ГАИ, а его хозяином официально значится индивидуальный предприниматель. «Мы даже не знаем, на какой стоянке стоит эта машина, а правоохранительные органы дают ответ: найти не можем», — пожаловалась Галина Владимировна. В другом случае прозвучал не менее анекдотичный пример. Александр Булыга ведет дела о банкротстве трех небольших фирм, возглавляет которые один и тот же человек. У его коллеги этот же «делец» фигурирует по одному из дел. Неужели, когда идет регистрация предприятия, нельзя выяснить, что за личность выступает учредителем, и сделать кой-какие выводы в отношении того, за кем тянется целый шлейф обанкротившихся фирм?
Да и в самом Законе о банкротстве, казавшемся поначалу почти идеальным вариантом, теперь обнаружилось немало недочетов и изъянов. Работа над внесением в него изменений уже ведется. Узкий круг брестских управляющих считает, что в новой своей редакции Закон должен исключить статью, позволяющую юридическому лицу выступать в качестве управляющего. Сегодня мы единственная в мире страна, где управляющим по делам о банкротстве может быть не только физическое лицо, но и юридическое — предприятие, фирма и т.д., что порождает немало проблем, а в некоторых случаях может привести к росту социальной напряженности на обанкротившемся предприятии. Необходимо более четко «прописать» в Законе и понятие «преднамеренное банкротство». Наконец, необходимо решить вопрос с банковскими кредитами. Каждому понятно, что без солидных вложений провести санацию предприятия невозможно, а иностранный инвестор по ряду причин нашу страну не очень жалует. Единственная возможность изыскать средства — кредит в банке, однако существующие инструкции Нацбанка РБ делать это, увы, не позволяют.
На взгляд присутствовавшего на этой встрече журналиста «Вечерки», участники были по-настоящему рады возможности обменяться мнениями с коллегами и специалистами отдела и рассказать о тех проблемах, с которыми они сталкиваются. Предложение проводить такие встречи регулярно, и желательно — в районах, прозвучало очень искренне. Судя по всему, с нового года работы у управляющих будет выше головы, и без обмена опытом не обойтись никак…

Елена Трибулева, «Вечерний Брест», ноябрь 2002 г.

Comments are closed.